arrow-up arrowright arrowright

Обзор судебной практики

01.03.2021
Наталья Троицкая,
директор Департамента правового консалтинга ООО «ТЛС-ПРАВО»

Конституционный Суд РФ определил: по делам о гостайне истец имеет право на замену представителя в ходе процесса

Из положений КАС РФ, ст. ст. 2, 21.1 Закона «О государственной тайне», с учетом правовых позиций Конституционного Суда РФ, следует, что участие представителя стороны административного судопроизводства в исследовании доказательств по делу, связанных с государственной тайной, обусловлено наличием у такого представителя статуса адвоката или допуска к государственной тайне.

Конституционный Суд разъяснил, что истец по административному делу в ходе процесса вправе заменить своего представителя на лицо, имеющее доступ к гостайне, либо пригласить адвоката, который допускается к сведениям, составляющим гостайну, и несет ответственность за их разглашение. Это гарантирует административному истцу получение квалифицированной юридической помощи и в то же время обеспечивает сохранность гостайны.

Поэтому оспоренные нормы ст. ст 21, 21.1 Закона «О государственной тайне» не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя в указанном им аспекте.

В принятии жалобы к рассмотрению заявителю отказано. Однако разъяснения Конституционного Суда РФ по вопросу интерпретации обжалованных норм следует учитывать в правоприменительной практике.

Определение Конституционного Суда РФ от 11.02.2021 № 182-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Федеративной Республики Германия Рора Йоханнеса на нарушение его конституционных прав статьями 21 и 21.1 Закона Российской Федерации «О государственной тайне»

Верховный Суд РФ разъяснил вопросы применения антимонопольного законодательства

В целях обеспечения единства судебной практики Верховный Суд РФ дал разъяснения, в частности, по следующим вопросам.

  • При применении нормативных правовых актов федерального антимонопольного органа судам следует учитывать, что подзаконные акты могут быть приняты им исключительно в случаях, прямо отнесенных к компетенции антимонопольного органа, и не могут изменять антимонопольное законодательство.
  • По общему правилу акты законодательства в сфере защиты конкуренции не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после их опубликования и введения в действие.
  • Если после заключения договора хозяйствующими субъектами принят закон в сфере защиты конкуренции, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, то условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе прямо установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.
  • При решении вопроса о вхождении лица в группу должны учитываться не только формальные признаки. Если лицо автономно в определении своего поведения на товарном рынке, например, в связи с отсутствием у других участников группы достаточных правовых (договорных, корпоративных) и организационных (управленческих) средств влияния на его поведение, к нему может не применяться правовой режим группы при рассмотрении антимонопольных споров. 
  • Отсутствие в исследуемом периоде конкурентов само по себе не свидетельствует о доминировании на рынке. Для определения положе ния хозяйствующего субъекта на рынке могут быть учтены следующие обстоятельства:
- наличие /отсутствие административных барьеров для доступа на рынок;
- требуются ли для вхождения на рынок какие-то значимые экономические преимущества (доступ к природным ресурсам, технологиям производства, рынкам капитала и т. п.);
- существенности (неординарности) затрат, которые должны понести контрагенты хозяйствующего субъекта в случае перехода к приобретению товаров у иных поставщиков.
  • Судам необходимо исходить из того, что возможность точного определения числа потребителей на определенный момент не имеет значения для целей применения антимонопольных запретов. Нужно оценить, могут ли быть нарушены в целом права потребителей (отдельной группы потребителей) как участников рынка.
  • Обладание хозяйствующим субъектом доминирующим положением на товарном рынке не является объектом правового запрета. Запрещается монополистическая деятельность — злоупотребление хозяйствующими субъектами своим доминирующим положением.
  • Злоупотреблением доминирующим положением признается поведение доминирующего на товарном рынке субъекта, если оно выражается в следующих формах или в одной из них: недопущение, ограничение, устранение конкуренции на товарных рынках (например, устранение конкурентов с товарного рынка, затруднение доступа на рынок новых конкурентов); причинение вреда иным участникам рынка (хозяйствующим субъектам-конкурентам и потребителям, гражданам-потребителям как отдельной категории участников рынка), включая извлечение необоснованной (монопольной) выгоды за их счет, иное подобное ущемление прав участников рынка.
  • Сам по себе недобросовестное исполнение обязательства перед контрагентами или потребителями доминирующим на рынке лицом не говорит о нарушении антимонопольных запретов. Нужно установить, являлось ли возможным совершение этим лицом таких действий в отсутствие доминирующего положения на рынке.
  • Соглашение на участие в торгах нескольких хозяйствующих субъектов, не связанное с повышением, снижением или поддержанием цен на торгах, но направленное на то, чтобы торги были признаны состоявшимися, не квалифицируется как картельное соглашение.
  • Иск о признании договора, заключенного по результатам торгов, недействительным может быть удовлетворен также в случае, когда такой договор исполнен. 
  • Потенциальный победитель торгов при взыскании убытков не обязан подавать отдельный иск о признании обязательной процедуры, конкурентной закупки недействительными и о применении последствий их недействительности. 
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства»

Президиум Верховного Суд РФ утвердил третий обзор разъяснений по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории РФ новой коронавирусной инфекции (COVID-19)

В целях обеспечения единства судебной практики Верховный Суд РФ дал разъяснения, в частности, по следующим вопросам. Вопросы применения гражданского законодательства

  • Право на отсрочку и рассрочку арендных платежей на основании ч. 1 ст. 19 Закона № 98-ФЗ и на условиях, указанных в п. 3 Постановления Правительства РФ № 439, имеют не только арендаторы, но и субарендаторы.
  • Снижение арендной платы в силу закона или по соглашению сторон не лишают арендатора права на предоставление ему отсрочки в соответствии с ч. 1 ст. 19 Закона № 98-ФЗ, в том числе за периоды, предшествовавшие заключению соглашения о снижении арендной платы или вступления в силу соответствующего решения суда.
  • Мораторий на начисление неустоек за просрочку оплаты коммунальных услуг, начисленных с 06.04.2020 до 01.01.2021, распространяется на собственников и пользователей нежилых помещений в МКД.
  • При расчете неустойки за нарушение срока передачи объекта дольщику исключается период с 03.04.2020 по 01.01.2021.
Туризм
  • Законодательством не установлен обязательный досудебный порядок урегулирования споров о взыскании уплаченных по договору о реализации туристского продукта денежных средств, если поездка не состоялась в связи с распространением новой коронавирусной инфекции. 
Законодательство о налогах и сборах 
  • Распространение новой коронавирусной инфекции само по себе не является основанием для переноса срока исполнения обязанности по уплате обязательных платежей и освобождения от уплаты пени за соответствующий период просрочки. 
  • Обязательный досудебный порядок урегулирования споров в отношении требований об оспаривании отказа налоговых органов в предоставлении субсидии пострадавшему бизнесу не применяется. 
Законодательство об административных правонарушениях 
  • Нарушение ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ может быть переквалифицировано на нарушение ч. 1 ст. 20.6.1, поскольку санкция за последнее нарушение является менее строгой. 
  • Суд должен прекратить производство по делу или отменить назначенное, но не исполненное административное наказание, если власти субъекта РФ отменили «антиковидные» ограничения, которые были нарушены. 
  • Отсутствие в протоколе об административном правонарушении, предусмотренном статьями 6.3, 20.6.1 КоАП РФ уникального идентификатора для оплаты штрафа не является основанием для его возвращения в орган, должностному лицу, которые составили данный протокол.
«Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 3» (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 17.02.2021) 

Верховный Суд РФ определил: при упрощенном производстве срок давности привлечения к административной ответственности не зависит от изготовления мотивированного решения

Решением арбитражного суда, принятым в порядке упрощенного производства, оставленным без изменения апелляционным судом, предприниматель был привлечен к административной ответственности, предусмотренной ст. 19.5 КоАП РФ.

Кассация акты нижестоящих судов отменила. Мотивированное решение по делу вынесено с пропуском срока давности привлечения к административной ответственности, определенного судом от даты изготовления мотивированного решения. Верховный Суд РФ постановление кассационного суда отменил. Учитывая, что судебное заседание при упрощенном производстве не проводится и установленный ст. 176 АПК РФ порядок объявления решения в судебном заседании, предусматривающий возможность отложить изготовление решения в полном объеме на срок, не превышающий пяти дней, не применяется, исчисление срока давности привлечения к административной ответственности судом в рассматриваемом случае не может быть поставлено в зависимость от даты изготовления соответствующего мотивированного решения по делу. 

Дело направлено на новое рассмотрение.

Определение Верховного Суда РФ от 24.02.2021 № 302-ЭС20-18160 по делу № А19-28787/2019

Все Статьи